Тот лишь ехидно ухмыльнулся; сатанинская усмешка явила взгляду не только мерзкое злорадство, но и ослепительно белые зубы.

— Уж больно хорошо у вас получалось, вы с такой уморительной серьезностью верите на слово!

И он не первый, кто это подметил, мрачно подумала Вивиан. Питер Джонсон опередил этого верзилу на добрых семь лет и выставил ее непроходимой идиоткой: Дереку Кейджу такое и не снилось!

— Рада, что вас развлекла. Теперь меня не так гложет совесть за причиненные неудобства, — грустно подытожила Вивиан.

Джип в последний раз свернул влево, покатил вверх по пологому склону и выехал на плато, с севера огражденное отвесными утесами. С другой стороны открытая местность плавно понижалась, переходя в узкую долину, на дне которой поблескивала река. А на подветренной стороне плато, под сенью скал, высился дом, и при виде него у женщины перехватило дыхание.

Покатая шиферная крыша венчала стены из серого камня; широкие застекленные окна, ряды печных труб, элегантные веранды превосходно дополняли весь ансамбль, оттененный изумрудной зеленью елок и сосен. Символ феодальной Англии на фоне типично североамериканского пейзажа: такое сочетание, по логике вещей, должно было бы показаться вульгарным, однако смотрелось на диво изящно и нарядно. И так самобытно!

Слева, чуть в стороне от основного особняка, высилось второе здание: видимо, сарай или конюшня, а верхний этаж используется как жилое помещение — Вивиан подметила яркие занавески на окнах. Над трубами обоих домов клубились дымки, повисая в недвижном воздухе: действительно, Дерек Кейдж жил здесь не один.

— О'кей, приехали! — объявил водитель, затормозив в футе от заснеженного крыльца.

Подхватив чемодан гостьи, он легко взбежал по ступеням, пересек просторную веранду и, на мгновение задержавшись в тесной прихожей, сбросил сапоги. Вивиан, следующая за хозяином, последовала его примеру, а затем поспешила в тепло просторного холла.